Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Почему нельзя убивать людей?


Людей убивать нельзя… даже в мыслях.

 Вы никогда этого не делали? Никогда не совершали мысленного убийства? Ваш ум никогда не пребывал в суете, не вел бесконечных войн с самим собой, а в вашей душе никогда не царила ненависть?

    

В своих мыслях мы можем запросто убить своего обидчика. В действительности мы же убить его не можем! Из-за этого дурацкого инстинкта самосохранения. (Я его убью, а меня в тюрьму посадят...) Мысли об отмщении и убийстве являются «компромиссом между тем, как я хотел бы “поступить от души”, в соответствии со своим характером, и тем, как я вынужден себя вести, чтобы мое поведение, по меньшей мере, не повлекло за собой отрицательных последствий для меня самого»*.

*Эрих Фромм, немецкий философ, психолог и социолог.

 

Бесперспективность мысленного убийства

Представьте себе, что кто-нибудь подсмотрел бы эти внутренние “киноленты”. Бог, например.

— Дорогой мой, - сказал бы он Вам, - да ты настоящее исчадие ада, многие преступники перед тобой просто дети!

— Да что Вы, что Вы, уважаемый Бог, я же совсем не такой. Это же просто воображение, бред. Наяву бы я никогда не решился, - попытались бы Вы оправдаться. - Да я мышь-то убить не могу, не то, что человека…

— Скажи мне, вот что… Мысленно унижая человека, разве ты не испытывал удовольствия? Не было наслаждения, когда бил, и облегчения от решения проблемы, когда наконец-то убил совсем? (Бог.)

— Но, позвольте, позвольте, это же все нереально…

— А это ощущение в теле: дрожь, вожделение, восторг? Ты думаешь, это все это можно вообразить, никогда не испытав этого? (Бог.) 

— Уж не хотите ли Вы сказать, что я… убивал людей на самом деле?!

— Не один раз человек живет на земле. «Карма — это совокупная запись мыслей, слов и действий человека во всей череде его существований»*. Каждая душа убивала и совершала преступления. Может быть, в прошлых жизнях. А может быть, и в этой жизни… Женщина была беременной, а мужчина не захотел принять на себя ответственность за жизнь своего ребенка, и ей пришлось сделать аборт. Может быть, ты мог кому-то помочь, но не помог. Не захотел…Не успел… Но сейчас не об этом. И ты, и я знаем, сколько раз ты убивал людей в своих мыслях… (Бог.)

*Эль Тат, русский психолог.

Тут Вам пришлось бы согласиться с Богом.

— Иисус Христос говорил, что мысль даже важнее действия. «В созданном царствие Божием мысль так же реальна, как и действие».

Я, к сожалению, читаю мысли людей так же запросто, как ты слышишь, что они говорят. И могу сказать тебе следующее. Люди, у которых есть проблемы, нерешенные задачи или просто расшатаны нервы, ежедневно или с другой периодичностью, все зависит от обстоятельств, совершают мысленные убийства и всевозможные расправы. Они убивают гаишников и других водителей на дорогах, толкающихся граждан в метро, своих сослуживцев, конкурентов, соперниц, работников сферы обслуживания… Мужа или жену, родственников мужа или жены, любовников мужа или жены, собственных детей, тещу или свекровь и т.д. и т.п. Знаешь, что это означает?

Это означает, что люди живут среди многочисленных разлагающихся трупов! Поэтому вам так нравятся детективы с нераскрытыми убийствами, садомазохистские порнороманы и американские фильмы с мордобоем. (Бог.)

— Не хотите ли Вы сказать, уважаемый Бог, что между убийством в мыслях и убийством в действительности нет никакой разницы?!

— Когда человек смотрит на объект и когда он воображает, визуализирует этот объект, в мозге происходят одни и те же процессы. Убивая в воображении, ты испытываешь те же эмоции, что и убивая наяву. По большому счету, нет разницы между действием совершенным и желаемым. А тогда получается, что Библия права — убийство и любое преступление в мыслях равноценно убийству и преступлению наяву.

А ты заметил, что через насилие и жестокость ты так и не получил того, чего хотел? (Бог.)

 

А ведь это действительно так. И это самое интересное… Убить-то в мыслях можно, хоть десять раз подряд и разными способами, но вот добиться желаемого… Чтобы гаишник, значит, перестал брать взятки, чтобы продавцы на рынке не подсовывали гнилые помидоры, чтобы начальник полюбил тебя раз и навсегда, т.е. на всю оставшуюся жизнь, без всяких условий и оговорок. Такие чудеса даже вообразить трудно. Поэтому-то убийство в мыслях и не доставляет полного удовлетворения.

 

Когда все это началось?

Вспомните себя, когда Вы были совсем маленьким. Когда Вы еще боялись темноты,  страшных чудовищ и привидений, живущих в коридоре между вашей комнатой и туалетом. А еще у Вас были разные плохие мысли… То Вам хотелось убить злую докторшу в детском саду, то зубного врача в поликлинике, то вредную соседку с первого этажа, а иногда даже маму и папу…

Всем детям иногда хочется убить своих родителей. Теперь, когда мы выросли, нам известна и оборотная сторона медали: родителям тоже иногда хочется убить своих детей. Потому что всем нам: и взрослым, и детям — иногда бывает очень плохо, больно и обидно, мы злимся и ненавидим всех вокруг.

Почему так бывает?

Современный русский историк С.А. Нефедов, автор увлекательных учебников-романов, считает, что давным-давно, когда человек еще не носил одежды, он был обезьяной, зверем. Он был зверем сотни, тысячи, а может, даже миллионы лет. Человекоподобные обезьяны или обезьяноподобные человеки отличались от других обитателей Земли тем, что они были очень агрессивны и владели страшным оружием — дубиной. Самым грозным врагом для них были не дикие звери, а другие стаи человекоподобных обезьян. Когда наступал голод, стаи шли войной друг на друга, били друг друга дубинами по голове, загоняли побежденных к обрыву, те падали и разбивались. Победители устраивали праздник и делали шашлык из побежденных. Люди ели людей. Вернее, обезьяноподобные люди ели человекоподобных обезьян.

Проходили тысячелетия, на земле изменялся климат, было то холодно, то жарко, появлялись новые виды растений и животных, менялись и обезьяноподобные человеки. Но они не превращались в людей. Только чудо могло превратить обезьяну в человека. И однажды это чудо случилось.

Никто не знает, как это произошло: решил ли разнообразить свой сериал Господь Бог, придумав новых героев, или вмешались обитатели других планет, но произошла какая-то генная мутация, и обезьяна вдруг родила человека. Это говорит о том, что чудеса случаются на свете. А может быть, «обезьяна просто сошла с ума и стала человеком»*. Есть и такая версия.

*В.И. Иванов, русский поэт-символист.

                Получается, что человек стал человеком совсем недавно. Двести пятьдесят тысяч лет назад появился человек разумный, Homo sapiens. А семьдесят тысяч лет назад древние люди уже ничем не отличались от современных. Потом человек научился писать, читать, строить города... А пока он был зверем, он охотился, нападал на других зверей, убивал их, чтобы прокормиться. И эти воспоминания все еще живут в нашем  подсознании.

Но это всего лишь воспоминания, всего лишь мысли.

Мы выросли, но нам продолжают мерещиться чудовища, “враги народа”, международные агрессоры, опасность ядерной войны… Нам продолжают сниться страшные сны. Время от времени мы на кого-нибудь злимся, у нас так и остались детские “плохие мысли”, и нам иногда очень хотеться кого-нибудь убить. Видимо, нам с этим жить и дальше… Надо просто стараться думать о хорошем, и тогда хороших мыслей будет больше. Человек — он и добрый и злой, он умеет любить и ненавидеть. От плохих мыслей еще не так много вреда… Если их осознавать. Главное — не совершать плохих поступков….

Почему нельзя убивать людей

…Подобно своему небесному куратору, сыну громовержца Зевса и нежной богини Лето, многоликому богу Аполлону, Дмитрий, как, впрочем, и любой человек на земле, сочетал в своей душе мрачные и светлые стороны. В его серо-синих глазах отражалось небо мечтой и верой в счастье, ум был полон повседневных забот и многочисленных вопросов, где-то в глубине души расположилась преисподняя с грехами и страхами, там же, глубоко внутри, жила и Любовь. Все в нас.

Молодость — время ошибок. Чтобы взлететь, надо научиться летать. Низко падать — естественная составляющая высокого полета...

Несколько дней назад случилось что-то страшное. Во время одной из разборок пьяный Дмитрий достал пистолет и выстрелил в человека…

 

— Аполлон, ведь ты же спасаешь людей, даже совершивших убийство, а я же вроде, того… не до конца его убил? — спросил Дима, когда они сидели за столом.

— Твое счастье, Дим. Я смотрю, Эринии с бичами и змеями совсем замучили тебя? — посочувствовал Диме Бог.

— А кто такие Эринии? (Дима.)

— Эринии — богини мщения, безобразные женщины, от которых веет пронзительным холодом. Брр, — Пол поежился,  — они преследуют и наказывают того, кто нарушил моральные законы, не дают ему ни минуты покоя и терзают его угрызениями совести.

— Нет, Пол, совесть у меня молчит… Но я ужасно боюсь последствий. (Дима.)

— Звучит, конечно, пошло, но зато честно. (Пол.)

— Пол, я не хотел в него стрелять… Это даже был не я. Не совсем я... Знаешь, какая-то зверюка в последнее время просыпается во мне и творит всякие пакости… (Дима.)

— Я знаю, Димон. Это Сет в тебе пробуждается. (Пол.)

— А кто такой Сет? (Дима.)

— Согласно древнеегипетской мифологии и Эль Тат, в душе каждого мужчины живут пять мужских архетипов: Осирис, Тот, Анубис, Гор и Сет. Осирис является символом созидательной деятельности. Тот — бог знаний и мудрости, он любит порядок и стремится к совершенству. Анубис — романтик, мечтатель и поэт. Гор олицетворяет собой разумную природу человека, а Сет… Сет — это воплощенное зло, демон, разрушающий душу человека. Это источник всех негативных человеческих эмоций: страха, ненависти, ревности, обиды…

Расскажу тебе об одном моем друге. По вечерам он пьет немного, потому что учится в институте, а вот по выходным оттягивается на «полную катушку». Когда напивается, возбуждается, ругается матом, не прочь подраться и доказать тому, кто подворачивался под руку, что он «крутой». Те, кто знают его давно, предпочитают с ним не связываться: он может и руку сломать, и зубы выбыть… (Пол.)

— Перестань, Пол! Мне и так тошно. Не хотел я его убивать! Я его и знать-то не знаю. Я нечаянно нажал на курок. (Дима.)

— Кто же, Дим, пьяным оружие в руки берет? (Пол.)

— Ну, меня что, теперь… посадят? (Дима.)

— Могут. (Пол.)

Дмитрий тяжело вздохнул: — Господи… Пол, а ты сам убивал кого-нибудь?

— Дим, ты бы хоть мифы Древней Греции почитал… Такие бестактные вопросы задаешь. Ты про Троянскую войну знаешь, наверное? (Аполлон.)

— Точно! Это ты же «замочил» Ахилла. (Дима.)

— Нет, дело было не так. Я был на стороне троянцев и направил стрелу Париса в пяту Ахилла — единственное уязвимое место на его теле. А у тебя целых три «уязвимых места»: беспринципность в денежных вопросах, навязчивое желание подавлять чужое мнение и одержимость сексом без любви. Деньги, власть, секс — классическая триада страстей… (Пол.)

— Пол, а из-за чего началась Троянская война, неужели правда из-за бабы? (Дима.)

— Парис должен быть выбрать самую прекрасную из богинь: Геру, Афину или Афродиту. Могущественная Гера предложила Парису богатство и власть над всей Азией. Афина предложила ему ум, красоту и победу во всех состязаниях. А Афродита улыбнулась и предложила ему любовь прекрасной Елены из Спарты. И Парис выбрал Елену.

Когда Менелай узнал о похищении жены, он решил вместе с Агамемноном отправиться на войну против Трои. Так началась Троянская война, в которой приняло участие большинство греческих городов, тысяча двести кораблей и сто тридцать пять тысяч человек. Осада Трои продолжалась десять лет, пока хитроумный Одиссей не изобрел Троянского коня, благодаря которому и был захвачен город. (Аполлон.)

— Так, Троянская война — это что, правда? Я думал, это миф… (Дима.)

— Так я тоже миф, что же ты со мной разговариваешь и водку пьешь? (Аполлон.)

— Пол, ну, не обижайся… (Дима.)

— То-то. Миф! Троянская война была историческим событием, имевшим место в двенадцатом веке до новой эры. За образом Елены Прекрасной скрываются богатства Трои, Троады — страны, жители которой тоже были греками, говорили на том же языке, почитали тех же богов и имели те же обычаи. После падения Трои судьба прославленных победителей оказалась не лучше судьбы побежденных... (Аполлон.)

— Почему? (Дима.)

— Боги разгневались на греков за бесчеловечную расправу над троянцами и обрушили на них ужасные беды: Агамемнон погиб сразу же после возвращения, а Менелай и Одиссей долго скитались по чужим краям… Но тогда, Дим, была война. Это тебе не из пистолета стрелять по живым мишеням… Знаешь, когда я был еще пацаном, за то, что я убил Пифона — не человека, а чудище поганое, — я пас стада у царя Фессалии Адмета целых восемь лет! (Аполлон.)

— Да ты что?! Это же, считай, каторга… (Дима.)

— Да нет, там девчонки из местных сел приносили мне еду и все такое… — Пол улыбнулся. — Но самолюбие мое, как ты понимаешь, было ущемлено. И заметь: никто не снимал с меня божественных обязанностей… Насколько я знаю, в России за убийство отправляют не стада пасти… (Аполлон.)

— Пол, ведь ты же спасаешь людей, совершивших убийство? Я тебя умоляю, помоги мне… (Дима.)

— Дим, не спасаю, а помогаю искупить свой грех через осознание, очищаю душу человека от скверны пролитой им крови. Дело в том, что убийца все равно понесет заслуженное наказание, можешь мне поверить. Я изучал этот вопрос, и за три тысячи лет у меня набралась внушительная доказательная база. Убийца обязательно будет наказан, поэтому людям не нужно брать на себя функцию палачей и совершать новое убийство.

Я лично против и тюремного заключения. Редко приходится видеть, чтобы человек выходил из тюрьмы более милосердным и порядочным, чем входил туда. Да и зачем держать в заточении молодых и сильных мужчин, лишая матерей их сыновей, жен — их мужей, детей — отцов? Совсем другое дело — заставить их выплачивать государству пятьдесят процентов своего дохода в течение энного количества лет. (Аполлон.)

Аполлон был богом, но он прожил бурную человеческую жизнь, и не одну. И по собственному опыту он знал, что в молодости очень трудно не совершать плохих поступков. Поэтому он глубоко сочувствовал людям, жалел людей, великодушно брал их под свое покровительство, избавляя от неприятностей. Он был богом, способным не только защищать человека от зла, но и очищать от зла его душу. Он много сделал, чтобы смягчить архаические обычаи в отношении убийц. Ему обязано человечество обрядом очищения убийц.

— А как… искупить грех? Научи меня, — попросил Дима.

— Геракл, например, три года провел в рабстве у одной женщины… Если хочешь, я могу поговорить с Ольгой, может быть, ей нужен водитель? (Аполлон.)

— Да ты что, Пол?! Я же считаю тебя своим другом! — Дима подавился копченой колбасой и долго-долго не мог откашляться. Аполлон даже постучал его по спине.

— А ты думал, что все так просто? Можно еще кардинально поменять образ жизни. В Москве есть не только рестораны и рэкетиры, есть еще музеи, театры, библиотеки… Может быть, тебе устроиться библиотекарем или охранником в консерваторию? (Аполлон.)

Дима понял, что его дела совсем плохи.

— Ты живешь, Дим, как в американском кино: дорогие, угнанные у кого-то машины, проститутки, драки и водка. Хорошо хоть, что ты покупаешь качественную водку. Испугавшись проблем реальной реальности, ты создал себе нереальную реальность… В абстрактной системе можно, конечно, не обращать внимания на последствия своих действий и продолжать наслаждаться жизнью. Однако интересно было бы оценить свои действия с точки зрения других людей…

— Перебьются, — сказал Дима.

— …А еще интереснее — с точки зрения приближения к твоей цели. (Аполлон.)

— У меня нет цели, Пол. (Дима.)

— Совсем хорошо. Куда же тогда ты идешь? (Аполлон.)

— А хрен его знает… (Дима.)

— Давай договоримся с тобой так. Я тебя спасу, но если это повторится, то ты ответишь в тройном размере: будешь работать у Ольги водителем девять лет. (Аполлон.)

— Пол, теперь ты можешь быть абсолютно уверен: это никогда больше не повторится. Обещаю. Теперь я буду стрелять только по нижним конечностям. (Дима.)

Бог, властвующий над жизнью и смертью, улыбнулся: — А ты знаешь, почему нельзя убивать людей?

Дима задумался и отрицательно покачал головой.

— Душа убийцы может обрести покой только рядом с жертвой. Таков закон*. Но это произойдет, если жертва примет убийцу в свое сердце. (Аполлон.)

*Об этом см. книгу Берта Хеллингера “Большой конфликт”.

— Разве это возможно, чтобы жертва приняла своего убийцу?! (Дима.)

— Возможно, в этом мире все возможно. На самом деле страдают потомки убийцы, вплоть до седьмого колена. Это правда, это не присказка. Ты же не хочешь, чтобы твои внуки были шизофрениками? (Аполлон.)

Дима поморщился.

— Это сейчас у тебя нет внуков, но рано или поздно они обязательно появятся, и ты не представляешь себе, как ты будешь их любить, и как ты будешь страдать, глядя на их мучения... (Аполлон.)

— А причем здесь шизофреники? (Дима.)

— Шизофреники как раз и умудряются объединить в себе и душу убийцы, и душу жертвы… Шизофрения – это не болезнь отдельного человека, это последствия убийства, совершенного кем-то из его предков, или им самим в прошлой жизни… (Аполлон.)

Это был отрывок из моего романа “Принцип Неопределенности”, одной из главных тем которого является вопрос преодоления человеческой ненависти и агрессивности.

А что касается наказания за убийство и шизофрении, переадресую Вас к книге немецкого психоаналитика Берта Хеллингера “Большой конфликт”. Он считает, что пока мы не решим проблему ненависти в своей душе, мы будем выплескивать ее во внешний мир, в котором  наши внутренние конфликты трансформируются в “конфликты Большие” – в войны.

Наталья Бентанга